«Надёжный партнёр» с двойным курсом: что скрывается за официальными заявлениями об экономике Туркменистана

«Надёжный партнёр» с двойным курсом: что скрывается за официальными заявлениями об экономике Туркменистана Почти одновременно появились две новости, которые наглядно показывают разрыв между официальным образом Туркменистана и экономической реальностью, в которой живут его граждане. 30 августа президент Сердар Бердымухамедов принял министра иностранных дел Японии Тосимицу Мотэги. В официальном сообщении говорится, что японская сторона рассматривает Туркменистан как «надёжного партнёра», а отношения между странами носят долгосрочный стратегический характер. Стороны обсудили сотрудничество в газовой и химической промышленности с участием японских компаний Itochu Corporation, Toyo Engineering Corporation и Kawasaki Heavy Industries. Однако в сообщении нет ни слова об одном из главных препятствий для прозрачного бизнеса и иностранных инвестиций — многолетнем существовании в Туркменистане двух совершенно разных валютных курсов. Подробнее о встрече. Официальный курс доллара остаётся на уровне 3,50 маната, тогда как граждане практически не имеют возможности свободно покупать валюту в государственных банках. На неофициальном рынке в начале сентября новые долларовые купюры покупали примерно по 18 манатов и продавали по 18,20–18,30 маната. В Туркменабаде цена продажи достигала 18,60 маната. Даже после объявленного «резкого падения» доллар стоит более чем в пять раз дороже официального курса. Данные «Хроники Туркменистана». Возникает закономерный вопрос: насколько надёжным для иностранных партнёров может считаться государство, в котором официальный валютный курс существует преимущественно на бумаге, свободная конвертация отсутствует, а реальные финансовые операции вынужденно ориентируются на нелегальный рынок? Особенно показательна реакция граждан. Один из читателей предположил, что временное снижение курса связано с необходимостью властей получить манаты перед проведением Халк Маслахаты и что к концу сентября ситуация вернётся к прежнему состоянию. Другой гражданин обратил внимание на крайне низкие зарплаты, массовый отток трудоспособного населения и фактическое обесценивание маната. Ещё один участник обсуждения призвал власти публично раскрыть размеры обязательств перед иностранными компаниями и международными финансовыми организациями. В ответ прозвучал горький вопрос: «Кто сказал, что правительство планирует погасить свои кредиты?» Наиболее поддержанный читателями комментарий сводится к предположению, что отдельным влиятельным лицам срочно понадобилась крупная сумма в манатах, поэтому они начали продавать валюту. Подтверждений этой версии нет, однако её популярность показывает главное — насколько низок уровень общественного доверия к валютной политике государства. Падение курса доллара с 19–19,50 до примерно 18 манатов не означает оздоровления экономики. Пока официальный курс в 3,50 маната недоступен обычным гражданам, разница между цифрами государственных отчётов и реальной стоимостью валюты остаётся пятикратной. Настоящая надёжность государства определяется не дипломатическими комплиментами и дорогостоящими промышленными проектами, а прозрачностью экономики, свободной конвертацией валюты, достоверной статистикой и способностью граждан свободно распоряжаться заработанными средствами. Для иностранных компаний Туркменистан может быть выгодным партнёром. Но для собственных граждан «надёжность» государства по-прежнему измеряется очередями, запретами, низкими доходами и курсом доллара на чёрном рынке.