История Алишера Сахатова и Абдуллы Орусова

История Алишера Сахатова и Абдуллы Орусова Мы почти каждый день на связи с Гюлала Хасановой. Каждый раз она спрашивает меня: «Есть ли новости?» — и я впадаю в отчаяние. Записано столько видео, написано столько писем, сказано столько слов, столько сделано на площадке ОБСЕ… И всё — впустую. Гюлала Хасанова плачет каждый день, почти не ест, воспитывает четверых детей — и при этом каждый день вынуждена бороться, чтобы найти своего любимого мужа, который исчез. Они исчезли потому, что не смогли пройти мимо чужой боли, не смогли закрыть глаза на беззаконие, которое власти Туркменистана совершают безнаказанно — лишь бы удержаться у власти. Он не смог молчать — а тысячи граждан Туркменистана могут. Могут оставаться равнодушными к трагедии этой семьи, молчать и ничего не делать, боясь за собственную безопасность. Но Алишер Сахатов говорил. Он знал, что однажды за ним придут — и всё равно говорил. А теперь — молчат все. Молчат даже те, кто должен наказывать преступников. Молчат те, кто должен вернуть их домой. Молчит всё международное сообщество. А Гюлала Хасанова вынуждена каждый день записывать видеообращения, заниматься документами, искать мужа, обращаться во все возможные инстанции — лишь бы снова и снова задавать один и тот же вопрос: «Есть ли новости?» Печально? Трагично? Бесстыдно? Да. Но прежде всего — абсурдно. В мире информации и технологий, в современном мире — они не могут найти двух пропавших активистов. Раньше не могли помочь, когда исчезали другие — и сейчас всё так же не могут. Столько институтов, столько организаций вовлечено — и никто не может ничего сделать. Вот такой мир, в котором мы живём: похитить человека, совершить преступление против собственных граждан — можно за минуты. А вернуть их, найти, наказать виновных — оказывается невозможной задачей. Абсурд. Как нам ответить на вопрос Гюлалы? Как?.. Диана Дадашева